я верю, нас отпустит

я всегда сама вытаскивала себя из болот, поэтому так и не научилась жалеть людей — во всём виноваты сами


голову влево - ты на месте водителя, а я-то думал, ситуация в моих руках


если рвёт от мужчины крышу, то всегда выбирай его


пьяный липкими лапами меня нагло трогал


и если мир - это зависть, мы целовались назло вам


после каждой второй бутылки, опять хмелея, она звонит ему и верит, что он придёт. только он дорожит тем, что уже имеет, а она запивает прошлое и ревет.

сначала – до дна. а потом – навзрыд.
не знаешь, как правильно одеваться,
курить, говорить, флиртовать: в семнадцать
практически каждый ещё открыт,
наивен и глуп. на твоих губах
слова умирают, родившись только…
но ты за его спиной, и чёлку
нахальный ветер смахнул со лба,
и ночь, так мечтавшая обмануть,
тебя обнимая крылом, притихла,
и магия ветра и мотоцикла
надолго удержит тебя в плену.

сначала – не то. а потом всегда
стираются грани, слетают маски…
чужие кровати в чужих террасках.
родные деревни и города.
семнадцать - расцвет миллиардов звёзд.
семнадцать – растянутый в вечность август.
семнадцать – всё то, что у нас осталось,
когда новый ветер с собой унёс
открытость (ошибками прошлых лет),
наивность (болью пустых иллюзий),
чтоб нити судьбы завязались в узел
и крепко привязывали к земле.

сезон невозможности слова «да»
и страшной способности так влюбляться…
забавно: кто рядом с тобой – в семнадцать,
тот запоминается
навсегда.

11.09.18